Я стою у закрытой двери, а кругом - сплошь стена из камня, я стучу, я прошу впустить - дверь закрыта, туда - нельзя мне. Хоть тонка, но прочней брони - цельнокроена, плотно подогнана, а с другой стороны двери - то, что нужно мне. То, что мне дорого. Эту дверь открывают другим, им - приют, и ночлег, и забота: ласку - сиротам, лапти - босым, грустный - весел, накормлен - голодный. И я столько раз верила, снова и снова, что на этот раз - получилось: и шаги были слышны, и скрежет засова, и я видела - приоткрылась! Сердце - птицею, радость - всполохом, подходила и убеждалась - дверь закрыта. Ни щели, ни шороха. Мне почудилось. Показалось... И хотелось хоть как-то войти - топором разнести ее в щепки, сжечь, взорвать, под стеной проползти, перелезть ее - руки крепки... Притвориться из стада овцой, до макушки укрывшись овчиной или спрятать в маску лицо и войти под чужой личиной... Только держит надежней замка - не открыть ни обманом, ни злостью: если дверь для меня заперта, значит, я - нежеланная гостья. Значит, спустят свору собак, ощетинясь штыками и вилами, под насмешки и свист зевак с позором взашей меня выгонят. То, что нужно мне - не достать, то, что дорого - заржавеет... Эта дверь для меня заперта. Но ведь есть и другие двери...

(Ната Ковалева)